• Страница:
  • 1
  • 2

Мориц Вагнер "В земле казаков"

Мориц Вагнер "В земле казаков" 13 окт 2017 09:51 #1

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136



Сейчас занимаюсь переводом потрясающей книги немецкого путешественника и естествоиспытателя Морица Вагнера. Не стоит путать его с предыдущим Вагнером, Фридрихом, который был выложен ранее и в его книге содержались ссылки на Морица, который казался ему, Фридриху, наиболее объективным описателем Кавказа. И это действительно так, рассказы Морица увлекают, хотя и не лишены обычных для 19 века длиннот и фантастичности.

Текст был предоставлен Константином Скибой, историком из Армавира, ведущим группу по истории Кавказа Вконтакте. Он же надеется со временем опубликовать перевод, хотя мне это кажется невероятным. Но всё же целиком выкладывать текст пока не буду, а только отдельные фрагменты, наиболее впечатляющие.

Итак, Мориц Вагнер отправился в путешествие вдоль Кубани, чтобы посмотреть на казачье житье-бытье в феврале 1843 г. Его спутник, донской казак, рассказал историю черкесского набега на ст. Васюринскую в январе 1842 г, которую Мориц аккуратно записал.
"Факты не должны мешать нам"
Последнее редактирование: 13 окт 2017 15:29 от Марта.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 13 окт 2017 10:01 #2

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
"Информация - начал мой спутник, - была получена от шпионов. Черкесы собирались в горах и во всех деревнях ставились пехотные пикеты. Но разведчики также сообщили, что точный день вторжения еще не назначен, и уздени только обсуждают его, как это принято в Черкесии, где обсуждения и споры могут длится до нескольких недель. Именно поэтому большинство экспедиций черкесов за Кубань бывают неудачными. Таким образом русские были введены в заблуждение своими оплачиваемыми шпионами, генерал S-i надеялся нанести суровое поражение нападающим.

Но к несчастью, набег совершился на 5 дней раньше, чем ожидалось. Мансур Бек обнаружил предательство, срочно распустил собрание, в котором у него был главный голос, и поспешил к Кубани с двенадцатью сотнями всадников, в то время как остальные вожди всё еще ожидали предполагаемого дня экспедиции.

Наши осведомители были обмануты и не успели проинформировать генерала С-и о внезапном отъезде Мансура. Я встретил нескольких знакомых в Васюринской и мы болтали до полуночи. Волнение и необычное беспокойство, которые, разумеется, были работой моего ангела-хранителя, не давали мне уснуть. Я что-то рассказывал дремлющим слушателям, как вдруг шум отвлёк меня. Я сразу почувствовал опасность и выскочил в рубашке. Еще не слышалось ни одного выстрела, но я сразу узнал дьявольский крик врага: я слышал его и раньше, в горах, в свежем утреннем воздухе, когда я ночевал со стрелками у фургона.

До сих пор для меня является загадкой, как черкесы могли проникнуть в хорошо охраняемую станицу, не будучи замеченными. Наша пехота только начала открывать огонь, когда половина деревни уже была занята врагом. Несмотря на лунный свет, эти выстрелы делали нам больше вреда, чем сами черкесы. Сначала я пытался укрыться от выстрелов пехоты, скопившейся у гаупвахты, но черкесы преградили мне путь. Тогда оставалось лишь прыгать через изгородь и скрываться в канаве.

Большинство семей забаррикадировались в домах, пытаясь защищаться. Горцы обкладывали их грудами сена, чтобы поджечь. Результатом стало страшное пожарище, осветившее дьявольским пламенем станицу и небо, которое стало светлым, как днем. Те, кто были заперты в своих домах, выбегали и пытались скрыться, но шашки черкесов возвращали их обратно. Если бы вы слышали крики несчастных женщин среди пламени и дыма! Многие из них предпочли бы рабство сожжению, но черкесы не брали в этот раз много пленных.

Наконец мне удалось добраться до караула. Если бы ситуация не была столь ужасной, я бы посмеялся над нашими солдатами, которые стояли под оружием без штанов, непрестанно заряжая и стреляя. Мы стояли твердо, свет от пожара помешал черкесам приблизиться и броситься в штыки. День положил конец конфликту и почти не пострадавший противник ушел с пленниками и своими убитыми.

Когда генерал С-и, прибыл из Екатеринодара с полком казаков, горцы уже исчезли и ему пришлось лишь засвидетельствовать результаты той страшной ночи: дымящиеся руины домов, почерневшие и изуродованные останки сожженных и убитых, плачущих матерей, ищущих своих детей и плачущих детей, ищущих матерей, немых и бледных отцов, не смеющих плакать. Наши храбрые пехотинцы так и стояли перед свитой генерала, с оружием и без штанов..."

"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: LeshaK, Benja70, южный, serg141-9

Мориц Вагнер "В земле казаков" 13 окт 2017 22:10 #3

  • южный
  • южный аватар
  • Не в сети
  • Давно я тут
  • Сообщений: 140
  • Спасибо получено: 29
  • Репутация: 5
Спасибо,очень интересно.
Если не сложно,можно продолжение.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 14 окт 2017 06:48 #4

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Южный, можно. Перевод в процессе.

А вот официальный рапорт о бое в Васюринской:


«При отражении этого набега горцев, - докладывал Е.А. Головин в феврале 1842 г., - из числа храбрых защитников Васюринского куреня убито 20-й артиллерийской бригады резервной № 3-го батареи один офицер и 9 рядовых; Черноморской казачьей № 10-го батареи убит один казак и один ранен, Тенгинского пехотного полка убиты 1 унтер-офицер и 2 рядовых, два рядовых ранены и 2 контужены; 9-го пешего Черноморского полка убито 18 казаков, ранено: один штаб-офицер, один урядник и 29 казаков; 4-го пешего полка ранено 2 казака; 3-го конного полка ранено 5 казаков; учебной команды ранено 6 казаков; жителей Васюринского куреня убито 11 мужчин и 13 женщин, ранено 9 мужчин и 4 женщины.
Неизвестно, какою добычею воспользовался неприятель, потому что в 35-ти сгоревших домах найдено более 60-ти обгорелых тел и не оказывается до 30-ти душ женщин и детей.
Горцы на месте оставили 56 тел и еще много убитых и раненых увезли с собою; сверх того, в окрестности селения и по дороге к Кубани, на протяжении версты, осталось более ста убитых и раненых неприятельских лошадей, общая же потеря горцев точно им самим еще неизвестна. Лазутчики, извещая об этом, говорят, что потеря неприятеля так велика, что такой еще не было, и единогласно утверждают, что гораздо более 500 чел.».
АКАК. Т. IX. № 369. - С. 420-422.
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 14 окт 2017 20:35 #5

  • южный
  • южный аватар
  • Не в сети
  • Давно я тут
  • Сообщений: 140
  • Спасибо получено: 29
  • Репутация: 5
Премного благодарен.
Интересные исторические факты.
Перевод закончите,дадите почитать??
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 16 окт 2017 07:40 #6

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Южный, конечно. Для того и переводится!

Еще немного о жизни в русских крепостях на побережье. О случае самоубийства поляков в Гагре первый раз слышу. Надо добыть источник!

"Некоторые из этих крепостей построены на скалах и защищены самой природой. Их гарнизоны состоят из 500 или редко 1000 человек. Жизнь гарнизона в большинстве случаев неописуемо монотонна и меланхолична. Невозможно совершить прогулку без опасности для жизни, если вас не сопровождают сотни солдат. Горец будет днями и ночами скрываться за каждым кустом и камнем, чтобы пустить пулю в неосторожного пешехода. Путешественник Дебу рассказывает, что во время его пребывания в этих фортах окна часто были разбиты черкесскими пулями, которые иногда достигали и офицерских жилищ.
Жизнь в гарнизонах оживает летом, когда русская эскадра ходит вдоль побережья, доставляя провизию и различные вещи для удобства. Солдаты ожидают газет и посетителей, которые есть единственная их связь с цивилизованным миром. А долгая зима, которая длится 7 месяцев, - мрачный сезон для обитателей крепостей. Эскадра в октябре возвращается в Севастополь, а пароходы редко добираются сюда зимой из-за яростных штормов и отсутствия удобных бухт. В течение зимнего сезона гарнизоны ведут настоящую тюремную жизнь. Их пища - соленое мясо, развлечение - смотреть на заснеженные горы и слушать рёв волн. Офицеры имеют некоторое облегчение в виде чтения, игры в карты, пунша и самовара. Но бедные рядовые, которые лежат в жалких бараках при недостатке топлива, находятся в более плачевном состоянии.
Хорошо известно, что что после подавления польского восстания, многие молодые люди, принадлежащие к благородному сословию, были отправлены в солдаты на Кавказ и распределены по российским частям. Пусть читатель представит себе страдания этих несчастных юношей, облеченных в грубые солдатские шинели, стонущих под железной дисциплиной, приговоренных к черному хлебу и соленому мясу, замурованных в фортах среди грубых русских крестьян, от которых они отчуждены естественной ненавистью, несмотря на близость нации. Можно ли удивляться тому, что многие в этом положении дошли до отчаяния и самоубийства? Дебу, который обычно скрывает то, что не красит Россию на Кавказе, пишет, что во время пребывания в Гагре польский гарнизон прыгнул со стен форта и разбился, желая положить конец жалкому существованию.
Те поляки, которые убегают в горы, ничуть не улучшают свою судьбу. Они приговариваются к рабству жестокими людьми, не делающими различий между русскими и поляками. Действиельно, жизнь в горах оказывается более невыносимой, чем трудности русского солдата, поэтому многие дезертиры возвращаются назад, хотя их ждет жестокое и позорное наказание."
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: ToyFun, serg141-9

Мориц Вагнер "В земле казаков" 16 окт 2017 11:58 #7

  • LeshaK
  • LeshaK аватар
  • на форуме
  • Администратор
  • Сообщений: 8042
  • Спасибо получено: 3947
  • Репутация: 189
польский гарнизон прыгнул со стен форта и разбился, (вместе со своими велосипедами)...
rgaka
Начнем с того, что никогда не было "полсьского гарнизона". И форта, высота стен которого позволяла гарантированно разбиться насмерть, при прыжке с оных...

"Поляки в укреплениях черноморской береговой линии". Отменный источник, составленный из документов. Где нет ни слова про такие враки.
Более полный текст в PDF www.reenactor.ru/ARH/PDF/Matveev_01.pdf

Кстати, согласно документам, поп Новотроицкого, активно стучал и пасквильничал на поляков. pop
Какая бы хрень не пришла в голову - всегда найдутся единомышленники!
Последнее редактирование: 16 окт 2017 21:33 от LeshaK.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 17 окт 2017 15:28 #8

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Матвееву честь и хвала! Но ручаюсь: он не читал Вагнера.

Разумеется, Вагнер в своей книжке излагает, в основном, слухи и байки. Но в данном случае байка о гагринских поляках была широко распространена, раз Вагнер её знал. И должна на чем-то основываться. Поищем!
"поп Новотроицкого, активно стучал"
Правильно делал! crayzi
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 17 окт 2017 15:34 #9

  • LeshaK
  • LeshaK аватар
  • на форуме
  • Администратор
  • Сообщений: 8042
  • Спасибо получено: 3947
  • Репутация: 189
Один запойный гарнизонный поляк, сверзился в ров, да сломал шею. Так рождаются легенды... citay!
Какая бы хрень не пришла в голову - всегда найдутся единомышленники!
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 17 окт 2017 20:59 #10

  • Шилов
  • Шилов аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 536
  • Спасибо получено: 80
  • Репутация: 10
Марта становится спецЫалистом по историческим и станичным байкам.Это радует! И основа есть документальная!
За горами гори, хмарою повиті,
Засіяні горем, кровію политі.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 18 окт 2017 14:36 #11

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Эпизод из путешествия Вагнера по Екатеринодару.

Пока я прогуливался, мой спутник г-н V-f (местный - прим. Марта) пообедал со своими друзьями и выпил множество стаканов бренди за честь Императора и свою собственную. Когда я снова встретил его, он сделал смелое лицо и рассмеялся над моими опасениями насчет путешествия в Ставрополь. "Мужайтесь! - сказал он - у нас есть восемь казаков для эскорта и четыре заряженных ствола в карете. Мы по-любому застрелим четырёх мошенников, а затем схватимся за мечи и кинжалы, даже если эскорт покажет тыл! Но ничего подобного не произойдёт, так как вся Линия находится в состоянии тревоги, из Ставрополя выходят войска. Опасность только увеличивается страхом."

Я был успокоен этими заверениями и охотно принял предложение своего компаньона представить меня своим казачьим друзьям. Мы побрели в домик черноморского капитана, где происходил пивной бой. Около дюжины усачей сидели вместе, играли в карты и пили водку из огромных бокалов. Никто из них не был трезв. Хозяин пожал мне руку так, что я едва не закричал от боли, после чего пришлось выдержать еще дюжину мускулистых рукопожатий. Среди гостей не было никого выше капитана, все говорили на русском. Это дало мне возможность использовать свой небольшой словарный запас этого языка, но в Черномории говорят на таком грубом диалекте, что он был совершенно непонятен для моих ушей. Казаки не одобряли моего обращения к переводчику, так как они любят разговаривать лицом к лицу.

У меня нет причин жаловаться на отсутствие гостеприимства ни здесь, ни где-либо в России. Гостеприимство является общим качеством для всех славян. При моем входе в комнату я застал страшную суматоху, все пьющие, казалось, пребывали в состоянии скотства. Но присутствие незнакомца мгновенно отрезвило их. Даже казаки прилагают большие усилия, чтобы скрыть государственные тайны от иностранцев! Мне передали вареное и жареное мясо, а хозяин обошел весь круг, предписывая всем гостям наблюдать приличия в моем присутствии.

Западные путешественники так редко приезжают на Кубань, что создают сенсацию среди этих грубых казаков, которые достаточно тщеславны, чтобы произвести на них положительное впечатление. Поэтому мой приход положил конец картам, крику и ругательствам, даже бокалы с водкой пригублялись с большими паузами. Эта сцена напомнила мне эпизод из кампании Карла XII против Петра Великого, связанного с Норбергом. Украинские казаки, союзники шведов, сели за королевский стол после многочисленных возлияний. Их пьянство наполнило ужасом шведского короля. Тогда казачий командир обещал генералу Реншильду, что его казаки не будут пить до 10 часов утра.

Не знаю, сколько продолжалась бы сдержанность моих черноморцев, но вскоре я освободил их от своего присутствия, уйдя в соседнюю комнату с немецким врачом и переводчиком, двумя самыми уважаемыми жителями Екатеринодара. Я провел приятный вечер в обществе этих людей, болтая над чаем, в то время как казаки играли и пили в соседней комнате.

И немного про Шилова:

Черноморцы не особо отличались в войне с горцами, а черкесы их боялись гораздо меньше, чем линейных казаков, которые более драчливы, ловки и смелы, чем их соседи. Стремление к беспечной, ленивой и мечтательной жизни - это господствующая черта черноморцев, в частях Кавказской Армии с презрением отзываются об этих казаках. Набеги черкесов гораздо удачливей на станицы черноморцев, чем на бдительных линейных казаков, которые приобрели хитрость и ловкость в битвах с черкесами.

Я часто наблюдал флегматичность черноморских казаков, когда приезжал в станицу или останавливался на почтовой станции, где не было часовых и казаки, находясь вдалеке от своего оружия, лениво мечтали в траве, в зоне видимости врага, который почти еженедельно производил грабежи в их станицах. Если случалось, что кто-то из этих казаков призывался в конвой, то они как можно угрюмей седлают своих лошадей и берут копья, всё время зевая. В их гладких лицах вы видите то же выражение, тот же характер ума, как и у толстого рыцаря Шекспира (Фальстафа), что должен был идти против Перси Хотспура.
"Факты не должны мешать нам"
Последнее редактирование: 18 окт 2017 14:40 от Марта.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: LeshaK, южный, serg141-9

Мориц Вагнер "В земле казаков" 25 нояб 2017 22:51 #12

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Итак, выкладываю свой перевод для вечернего чтения. Первую часть я уже выкладывала фрагментами здесь и в теме про Джубский отряд. Так что начнём со второй.
Приятного путешествия по Черноморью середины 19 века в компании Морица Вагнера!


У отца Прометея действительно была причина предупредить сына от жестоких "взрывов" в земле "пьющих кобылье молоко" скифов. Я не сомневаюсь, что блуждающий полубог был в отличной форме, но если даже Геркулес в своем путешествии на север от Черного моря столкнулся с мартовским штормом (как и я по прибытии на Тамань) и пошатнулся, то Прометей опасался:
«Остерегайтесь стремительного взрыва Борея,
Чтобы он не всосал вас в бушующем вихре."

Это был один из тех дешевых и хороших советов, которые освобожденный титан дал друзьям, путешествующим на Кавказ. Легенда не упоминает, было ли лицо сына Юпитера, попавшего в подобные ветры, таким же кислым, как лицо писателя этих страниц, когда он прибыл в казачий городок Тамань и не обнаружил ничего, похожего на гостиницу. Даже сейчас я не могу сдержать вздох, когда представляю себе плачевное состояние мистера Геркулеса, прибывшего в это место лишь со скромным багажом, без хорошего пальто и резиновых сапог, без сундука и одеяла и главное, без "подорожной", отчего скифские извозчики наверняка отказывали ему в лошадях. Его бедствие еще более усиливалось от отсутствия серебряных рублей в кошельке. Я предполагаю, что бытовые удобства скифов были не лучше, чем сейчас. "Пьющие кобылье молоко" скифы наверняка тоже не имели гостиниц и страдали от разгула блох в домах также, как их потомки, "пьющие бренди" казаки.

"Неужели во всем городе нет лучшего места?" - бормотал я с грустным видом, перетаскивая свои вещи из одного угла комнаты в другой, чтобы спасти их от воды, текущей сквозь крышу. Хозяин этого замечательного коттеджа, который сам напросился стать моим кунаком, смотрел на меня с выражением удивления и презрения. Ему казалось необъяснимым, что такие мелочи как мокрая кровать или паразиты могли доставлять кому-то беспокойство.

Надо заметить, что моя экспедиция в казачьи земли проходила за год до моего путешествия по Малой Азии и убогой стране курдов, так что был к этому вполне подготовлен. В ходе тура по Алжиру я испытал нечто похожее на "пребывание в помойке" среди арабов. Но французы намного опережают русских в быстроте возведения разных удобств в пустыне и на форпостах. Но несмотря на все неудобства (в Тамани) казаки не похожи на нелюдимых.

Русский капитан, что привез меня на Тамань, завтракал в порту после прибытия и нашел слушателей среди черноморских казаков. Он утверждал, вероятно, тщеславясь, что у него был пассажир высокого происхождения, с рекомендательными письмами с печатями из Санкт-Петербурга к губернатору и коменданту Крыма. Заявления такого рода редко остаются без внимания в России и мой бородатый хозяин, хотя и был недоволен мною, видя моё длинное угрюмое лицо, поспешил искать по всему городку сухие апартаменты. Подходящий дом обнаружился у черноморского офицера, который отказался от лучшей в доме комнаты ради меня и принял меня с истинно казачьим гостеприимством. Он был боевым ветераном, носил крест Св. Владимира и был женат на третьей жене, молодой, голубоглазой и очень красивой маленькой женщине. Бог дал ей величайшую женскую прелесть - любезный характер.

Пока самовар (русский чайник) кипел и пыхтел, потоки дождя стали ослабевать, темные облака отходили от Черного моря, только сильный шторм продолжал бросаться через Босфорский пролив. после того, как я подкрепился чаем, я накинул бурку, поклонился достойной паре и поспешил в Фанагорию, где надеялся встретиться с земляком.

Фанагория - это русская крепость, которая, согласно Колеру, стоит на месте древнего города Фанагория и эта версия подтверждается находками монументальных письмен. Весь этот таврийский берег содержит многочисленные археологические памятники. Нельзя не сожалеть о том, что раскопки, когда-то активно проводившиеся здесь за счет русского правительства, последнее время прекратились. Когда было замечено, что далеко не всегда обнаруживались золотые безделушки, монеты, оружие царя Митридата, ревность к исследованиям стала ослабевать. Я слышал много забавных историй о том, как русские археологи проводили свои исследования.

Однажды был обнаружен каменный саркофаг, который предназначили для археологической коллекции в Москву. Работник, обязанный его транспортировать, обнаружил, что вес гробницы был чрезмерным и просто отколол от неё большой кусок. После этого изуродованный саркофаг наконец достиг своей цели. Другая гробница была превращена в водоём. Но правительство не может быть обвинено в этом вандализме. Министры, сидящие у Балтики, не могут контролировать происходящее на берегах Азова. "Расстояния - беда России" - сказал как-то император маркизу де Кустину.

Фанагория теперь - ничтожное и скучное место. В гарнизон входят инвалиды, потому что крепости не угрожают нападения черкесов с гор. Я был рекомендован городскому аптекарю другом из Керчи. У аптекаря было имя, созвучное немецкому и я надеялся поговорить с ним на родном языке. Но был разочарован: хотя он и был немецкого происхождения по отцу, мать его была полячка. Его жена, родом из Галиции, знала мой язык не больше мужа.
Тем не менее, у аптекаря был приличный, чистый дом, аккуратно обставленный. Выращенные им герани и розы смотрелись очень ярко после грязной, казачьей Тамани. Аптекарь был достойным и счастливым человеком. Но у него была одна честолюбивая мечта: лента Св. Анны в петлице, которая прибавила бы ему еще один чин. "Нет другой системы, - пишет Sclavonic writer, - которая так поощеряла бы личные амбиции и эгоизм, как здесь. Постоянное ожидание ранга, украшений и орденов в конце концов превращается в основную, всеохватывающую идею жизни, препятствуя духовному развитию человека и превращающая его в машину, перемещаемую по прихоти Правительства." В России миллионы людей, таких, как фанагорийский аптекарь, управляются с помощью их жажды к украшениям (орденами). Известно, что жадные армяне, чей бог - деньги, тратят большие суммы на получение Св. Станислава и я знаю людей, которые платили за это более 10 тысяч рублей (1 660 фунтов).

Медный крест Св. Георгия не имеет денежной ценности, но простые солдаты носят его с удовольствием на своих серых шинелях. Пётр Великий, введя систему чинов и рангов, привил своему народу страсть к внешним различиям. Это стало мощным рычагом управления, подавляя энтузиазм и любовь к Родине. Этот простой аптекарь, который мог бы стать героем Диккенса, вероятно, готов был столкнуться с 24-фунтовыми батареями в битве, как при Эйлате, чтобы получить Св. Владимира или диплом шестого разряда.

Когда следующим утром я проснулся в гостеприимном доме аптекаря, я к сожалению обнаружил, что погода была такой же скверной, как и прежде. Это вызвало у меня раздражение по многим причинам, в том числе и от того, что я не мог посетить известные грязевые вулканы, расположенные в полудневном пути от Фанагории. Один из самых замечательных вулканов - Куку-обоб (по-татарски означающий Голубой Холм, а малороссы называют его Пекло, Ад), который посетил в 1794 году натуралист Паллас во время сильного извержения. Масса грязи тогда покрыла окрестности на версту. Такие явления, как и обилие минеральных источников на Кавказе, говорят о вулканическом характере региона.

Во время вынужденной задержки в Фанагории я каждый день ездил в Тамань, чтобы узнать о прибытии кораблей из Керчи. Однажды, когда я стоял на берегу, завернувшись в бурку и не обращая внимание на дождевой "душ" вглядывался в крымский берег, меня поприветствовал на хорошем французском языке казачий офицер, украшенный орденом Св. Анны 2 класса. Обрадовавшись возможности пообщаться на европейском языке, я ответил на приветствие вежливого незнакомца, чьи черты выдавали в нём донского казака, следовательно, человека незнакомого с этим регионом.

Я рассказал о своем беспокойстве по поводу багажа, который должен был прибыть из Керчи. Дружелюбный офицер рекомендовал хорошее лечение моего нетерпения: курительную трубку, рюмку и приятную беседу у теплого камина до тех пор, пока небо над морем не очистится. С этой целью он пригласил меня в свой домик, где я мог высушить свою бурку, пока хозяин обеспечивал мне комфорт, компанию и болтовню.

Мы расположились с комфортом у огня. Слева висела икона, украшенная позолотой, справа - портрет Николая. Перед нами, в огне, кипел глиняный горшок невероятных размеров. Спутник донского казачьего майора, штабной офицер из Ставрополя, приготовил выпивку в его отстутствие и показал себя настоящим мастером в этом благородном искусстве. "Вы пьёте, как дама!" - рыкнул он по-французски увидев, что я лишь немного пригубил его огненной воды, когда как он пил его в огромных количествах. Однако я зная, что мне придётся возвращаться в Фанагорию по темноте, решил быть сдержанным. Тем не менее признаю: я был побеждён этим бородатым казаком! Трижды он наполнял и опорожнял большой кубок без малейшего признака опьянения, хотя на покрасневшем лице его товарища вскоре отобразилось действие мощного напитка.

Майор как и прежде, был при ордене Св. Анны 2 класса, но я убеждён, что если в России утвердят орден Пунша или Шнапса, то он обязательно получит 1 класс. Этот человек был самого высокого роста из всех великанов, с которыми я когда-либо встречался, исключая турецкого cavass, что провожал меня от Эрзерума до персидской границы.
Этих двух офицеров сослали на Кавказ вследствие какого-то обвинения. Ставрополец принадлежал к благородной московской семье, имел утонченные манеры и говорил по-французски. Но легко было угадать, что казачий майор носил отпечаток солдатской жизни, так как его благородный внешний вид иногда взрывался изнутри казачьей откровенностью и горячностью. Я сблизился с ним больше, нежели с его более изысканным, но простоватым товарищем. Майор рассказывал бесчисленные анекдоты о русских генералах Платове, Беннингсене, Милорадовиче, Кутузове, Раевском, Ермолове, описывал свои впечатления от Германии, Франции, излагал суждения об армиях и их лидерах, подробно описывал свою прежнюю жизнь на Дону, от чего особенно веяло теплом.



Шторм на Керченской переправе
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: LeshaK, Benja70, Anton_T, Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 26 нояб 2017 14:48 #13

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Далее следует повесть-легенда об основателе одного из донских казачьих родов. Так и быть, я дарю эту главу донцам бесплатно! В оригинале фамилия казака пишется Iguroff, но такой фамилии среди старых донских родов я не нашла. Наиболее вероятно, что правильное произношение - Егоров. Такой род действительно существует, один из Егоровых участвовал в штурме Азова:

Говорят, сам Петр Первый
Когда с боем взял Азов,
Разрешил солдатам верным
Здесь искать уют и кров.
Первым шел казак Егоров,
С ним Титов и Бирюков…




Донской казак 18 в

У солдат, переживших войны Наполеона, был особенный опыт, но мало кто мог поделиться им так живо, как этот ветеран. Его французский с легким славянским акцентом скорее усиливал очарование его повествования. Вероятно, он был старше 60 лет, судя по его седым волосам, но оставался сильным и энергичным, несмотря на множество боевых ранений. Хотя все его рассказы были необыкновенно интересными, я представлю читателю биографию Егорова, его деда по материнской линии, точно в том виде, как я записал это в дневнике, пока еще были свежи воспоминания.

"Если ваше путешествие приведет вас на Дон, то не ограничивайтесь Новочеркасском, а езжайте дальше на юг, в степи между Доном и Манычем, там вы найдете старые казачьи типажи, заслуживающие внимания. Может, среди них вы встретите людей, похожих на моего деда, бывшего подлинным казаком старой школы. К югу от Дона, на правом берегу, где сейчас обитает основная масса нашего племени, всё изменилось. Новочеркасск даст вам уже сильно изменённую картину казачьего облика. Это население, к которому к сожалению принадлежу и я, совершенно выродилось. Мы впитали пороки цивилизованных народов: разврат, азартные игры, шампанское и прелюбодеяние распространены на Дону так же, как и на Сене, в то время как положительное влияние этих же цивилизаций (искусство и науки) еще не проникло в нас.
Но чем дальше вы будете отъезжать от столицы, тем больше будете погружаться в сердце степи, тем чаще будете сталкиваться с духом наших отцов и этот дух принесет вам больше пользы, чем искусственная утонченность и манеры Таганрога и Черкасска. На левом берегу Дона вы еще найдёте казачьи семьи, живущие в соломенных и тростниковых хижинах, а летом - в шатрах, которые свидетельствуют о том, что казаки ведут кочевую жизнь почти как калмыки.

Семья моей матери родом из этого района, включая моего предка Василия Егорова, "Степного черта", одного из замечательнейших людей, которых производил этот мир. Вы знаете, наши донские жители всегда были свободными людьми, у нас не было крепостного права. Утверждают что мы, казаки, представляем собой смесь славян, черкесов и татар, а язык наш показывает, что русские имеют в нас наибольшую часть. Тем не менее, наше социальное устройство сильно отличалось от названных рас. Никогда не было у нас ни "мужиков", как у русских и поляков, ни пши, ни тфокотлей, как среди черкесов. Казаки, исключая украинских, образовали республику еще до Петра Великого. Их земля была их собственностью и принадлежала всем, кто возделывал ее или пас рогатый скот. Но, хотя у нас не было аристократии, не было и социального равенства. Некоторые семьи имели особое влияние на мир и войну. среди этих семей были Игуровы, предки моего деда по материнской линии. Их влиятельность была основана не на геральдических знаках или родословных, а на сильных руках, с незапамятных времен владевших копьём. Так же оно зависело от их доблести, богатства их стад и многочисленных преданных людей, которых они могли вывести на поле боя. Часто Игуровы воевали с Золотой Ордой, против ногайских татар, подчинённых крымским ханам. Черепа ногаев украшали знамёна Игуровых. Боги войны были благосклонны к ним, редко возвращались они из набегов с пустыми руками.

Но один раз дело повернулось по-другому. Гетман вышел против Егоровых с целым войском и их удачливость должна была пройти серьёзную проверку. Их смелость сделала их беспечными и они продвинулись слишком далеко в степи ногайцев, чтобы отбить стада. Они продвинулись до Перекопа и захватили отличную добычу. Но вдруг огромный рой ногайцев, ждавших их возвращения, отрезали им путь. Казачьи лошади устали и были голодны, так как выпавший в степи снег лишил их корма. Ногайские же лошади выглядели отлично, поэтому в гонке у казаков не было шансов. Поэтому битва должна была решиться холодной сталью. Бой был отчаянным, но длился недолго: превосходство врага вскоре одолело нашу партию.

Мой дед Василий упал одним из первых, его жесткий череп не мог выдержать еще более твердую сталь ногайского воина. Страшная битва закончилась резнёй всех казаков. Более сотни тех, кто носили фамилию Егоровых, кусали пыль вместе с тремястами их товарищей, присоединившихся к злополучной экспедиции. Мой дед оказался единственным оставшимся в живых. Он лежал с раскроенным черепом под смертельно раненой лошадью, на заснеженной земле. Пока ногайцы ходили по телам убитых, отделяя головы, за которые они получали награду от хана Бахчисарая, Василий вернулся в сознание и прикопал себя снегом. Он рассказывал, что обязан жизнью своей лошади. Пока животное еще дышало, оно скрывало раненого своей гривой. Затем лошадь повернулась набок так, что полностью скрыла следы копания снега. Так она лежала, пока не испустила дух. Остановившийся ногаец забрал седло и уздечку, но не заметил под лошадью Василия. Вскоре ногайцы покинули поле боя с большим урожаем казачьих голов.

Дед снова потерял сознание и пришел в себя только когда полуночная луна сияла над степью. Снег благотворно повлиял на его рану, остановив кровотечение. Он чувствовал только тупую боль в голове. Завязав рану, он выбрался из снежного логова. Страшное зрелище встретило его: трупы убитых отца, братьев и друзей уже окоченели и, безголовые, были разбросаны по степи. Волки и шакалы собрались на пиршество, и грызли тела. Громкий басовитый голос деда разогнал зверей. Он искал тело своего отца и опознал его по шраму на руке. Похоронив его под снегом, чтобы спасти от зубов зверей, он пошел степью, знакомой ему даже ночью. К счастью, к нему выбежала лошадь, потерявшая всадника и сбежавшая от ногайцев. Она била копытами снег, чтобы добыть пищу. Казачьи лошади всегда узнают хозяев по специальному свистку. Животное дало себя поймать и после долгой ночной скачки доставило моего отца на Дон. Если бы ему пришлось идти пешком, он несомненно бы погиб, настигнутый ногайцами.

Траур у жителей Дона значительно отличается от траура европейцев. У нас нет столько вздохов и плача, особенно на похоронах воинов, нашедших смерть на поле битвы. Мы оставляем жалость женщинам, а молитвы - священникам. После того, как тело опущено в землю и над ним насыпан земляной холм, мы собираемся с родственниками и друзьями пить, курить и беседовать. По возможности, мы хвалим усопшего, превозносим его мужество и доблесть. Так мы делаем ему лучшую честь, чем слёзы и молитвы.
"Факты не должны мешать нам"
Последнее редактирование: 26 нояб 2017 14:49 от Марта.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: Benja70, ToyFun, serg141-9, Алексей С., Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 26 нояб 2017 15:03 #14

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Так случилось и после возвращения Василия Егорова, оставшегося в живых из четырёхсот, когда он рассказал печальную историю. Он сразу стал наследником отца, получив стада рогатого скота, лошадей, украшения и значительную сумму денег, помимо хорошего запаса водки и коньяка, напитка, имеющего давнюю репутацию среди нас. Василий поставил весь запас коньяка на поминки об убитых (я очень опасаюсь, что наши молодые люди скоро вовсе откажутся от бренди, вина, пунша и шампанского). Тысячи гостей с берегов Дона устремились на поминки, чтобы из первых уст услышать рассказ о поражении казаков. Пока гости собирались у хаты, резали и жарили ягнят, вспоминая усопших в своей манере, Егоров лежал внутри на кушетке, страдая от раневой лихорадки. Через три дня ему стало легче, он вышел к гостям и поднял свой могучий голос среди похоронной трапезы. Он призвал всех собравшихся отомстить за убитых героев.

Воспламенившись водкой, казаки рвали одежду на груди и клялись страшными клятвами. Тут же были оседланы лошади, несмотря на метель, и вскоре тысячи копий мстителей погрузились в ледяной поток Дона. Мой отец плыл впереди всех и первым вышел на правый берег среди громоподобного "ура". Затем они помчались к землям ногайцев, как стая волков. Два старших сына Василия, хотя были еще мальчиками, вынуждены были ехать со всеми, чтобы быть свидетелями мщения.

После дня и ночи безостановочной езды наши люди достигли лагеря ногайцев, где были и те, кто участвовал в нападении на казаков. День еще не начался и ногайцы крепко спали. Битва была короткой: вскоре все они были зарублены, казаки не пощадили даже беременных женщин. Лысые головы к радости казаков, украсили их копья.
После этого Василий привел войско на место гибели братьев. Всё, что пощадили челюсти волков, было захоронено в степи. Казаки отыскали и похоронили на реке Саль тело отца Егорова, что было закопано в снегу. Женщины сменили траур на радость, видя головы ногайцев на копьях возвращающихся победителей. Но похоронная тризна возобновилась, чтобы уничтожить оставшуюся часть коньяка. Это приключение произошло в первой половине прошлого века, когда мой дед был известен как силач, похожий на Геркулеса гигантскими размерами и дикой храбростью.

Он женился три раза и достиг необычного для нашей страны возраста. Имел тринадцать сыновей от первых двух браков. Его третья жена, дивной красоты черкешенка, подарила ему дочь, стоившую ей жизни. Я действительно верю, что этот ребенок был любим дедом гораздо больше, чем все тринадцать мальчиков. Эта девочка и была моей матерью. Прошло двадцать лет со дня ее смерти, мой дед пережил ее, как и все его сыновья.

Если бы я был художником, я бы ясно написал образ моего деда, так как словно вижу его перед собой. Слова неспособны описать его, потому что он был человек необычный. Он производил глубокое впечатление на своих внуков, в детстве мы не могли смотреть на него без уважения и трепета. Возможно, он был величайшим гигантом во всей Европе. Кроме того, он носил шапку с кучей вороновых перьев. Даже в собрании всей воинской силы Дона он возвышался над самыми высокими из казаков. Широта его плечей была поистине геркулесовой, а копны волос, покрывающих голову и лицо, впечатляли еще больше, чем рост. Когда я был маленьким мальчиком, ему, должно быть, было лет семьдесят. Его бронзовое лицо было покрыто морщинами, серая борода спускалась на грудь. На лице сидел орлиный нос и пара глаз с кровяными прожилками. Он был признан лучшим наездником на всём Доне, что говорит о многом.

Дед никогда не ездил на других конях, кроме потомков того животного, что спас его жизнь в степи. Эти жеребцы отличались таким же угольным цветом и длинной гривой, как их родитель. Дед был так же бесподобен во владении шашкой, как и в питии коньяка. (В этом месте майор остановил рассказ и приложился к стакану, словно хотел показать, что достоин памяти своего деда, а после продолжил.) Внешность моего деда была, я бы сказал, дьявольской. Благоговейные чувства его многочисленных внуков разделяли и наши соседи. До бойни в ногайской степи Василий Ингуров был веселым и даже красивым человеком. Он любил свою лошадь, вино, войну, хорошеньких девушек, а так же был искусным танцором, певцом, знал наизусть много донских частушек, некоторые из которых сочинил сам.
Но после катастрофы он сильно изменился. Он стал тихим и мрачным, почти перестал петь. Друзья, знавшие его в молодости, уже не узнавали веселого Василия, который был так болтлив и смешлив. После страшного удара он часто впадал в мрачное молчание даже в большой компании. Одни приписывли это нервному шоку, полученному им при той резне, другие связывали его болезнь с ударом ногайского scymetar (кривая турецкая сабля) по голове. Вероятно, орудие вошло так глубоко, что повредило его мозг.

Мне кажется, я до сих пор вижу этого великана, сидящего у костра с глиняной трубкой, клубящейся дымом. Подняв налитые кровью глаза, он пристально смотрит на внуков, играющих вокруг него. Он был добр ко всем нам, особенно к любимой дочери. Но никогда не показывал свою любовь ласками, а только когда приезжали армянские торговцы, он покупал нам кучу симпатичных игрушек.

Дед построил большой деревянный дом взамен тростниковой хижины его отца. В углу самой большой комнаты была большая ниша для иконы Богоматери, окруженной одиннадцатью деревянными фигурками святых, все они были в позолоте. Икона была помещена в деревянный киот и частично скрыта покрывалом. Позже вы увидите, почему я так подробно описываю это. В углу постоянно горела лампада, вокруг сверкали украшения из золотых колец и жемчуга. После каждого успешного набега Василий добавлял обетное украшение к своей святыне. Ва знаете, до какой степени малороссы являют поклонение святым, но в этом они уступают казакам.

Мой дед настаивал, чтобы каждый гость в его доме, независимо от вероисповедования, крестился перед этой иконой. Сопротивление было небезопасным для них. Я никогда не забуду тот ужас, который я испытал от страшного вида дедушки, когда мой десятилетний брат, играя, попал камнем в киот. Треск от удара, казалось, исходил из самого дерева. Жестокое выражение внезапно омрачило лицо деда. Казалось, он испускал искры из налитых кровью глаз, а зубы его так страшно оскалились, что я в страхе выбежал из комнаты. Мой кузен остался неподвижным, дрожа от страха. Дед схватил его за волосы и вышвырнул из дома. Вскоре парень утонул в болоте и злые языки отважились предположить, что это дед утопил его. Но не думаю, что он отважился бы на такое преступление.

С того дня никто не смел приближаться к святыне. Дед протянул веревку по всей комнате и ни один смертный не смел зайти за неё. Лампада всегда горела. После обеда каждый из нас кланялся иконе и выходил, а дедушка оставался в комнате еще на час. Ни одна душа не знала, что он делал там. Мы сгорали от любопытства, но никто не отваживался спросить.

Другой его странностью было глубокое почитание степной "могилы". Однажды он водрузил на ней крест и запрещал кому-либо приближаться к нему. Несмотря на то, что могила заросла высокой травой, дед запрещал пасти там скот. Часто, когда наступала дождливая буря, он седлал коня, надевал бурку и отправлялся к могиле. Что он там делал было для всех загадкой. Некоторые казаки говорили, что слышали, как старый Василий громко пел, как в молодости, перекрикивая шум дождя. После исполнения песни, он якобы бросился на холм и привязал лошадь к кресту. Что происходило дальше - никто не мог сказать.



Курган близ ст. Раздорской, где живут представители одной из ветвей Егоровых
"Факты не должны мешать нам"
Последнее редактирование: 26 нояб 2017 15:29 от Марта.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: Benja70, ToyFun, serg141-9, Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 27 нояб 2017 15:33 #15

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Будучи мальчиком, я не раз порывался тайно проследить за ним во время такой поездки, но чувство благоговения удерживало меня. Один из моих двоюродных братьев, Пётр Егоров, тоже любимый внук деда, чуть не расстался с жизнью, решившись удовлетворить своё любопытство. Однажды, увидев, как дед готовится к поездке, мальчик побежал в степь и спрятался там в высокой траве, недалеко от могилы. Старик приехал, сделал обычный круг перед насыпью, а затем поднялся на холм. Здесь он вытащил топор и начал копаться в земле. Пётр подкрался поближе, но дед заметил его. Произнося страшные проклятия, он швырнул топор в мальчика и тот едва успел увернуться. Затем Пётр побежал так быстро, как мог, и не смел показываться деду на глаза около года.

С этого дня вся семья решила, что дед копает в степи сокровища. Эта вера распространялась и в сочетании с его колоссальной фигурой и страшным лицом, создала прозвище Степной Черт, которым стали называть его все окрестные жители. Друзья же его называли "отец Василий". Несмотря на дьявольское прозвище, деда очень уважали и его слово было последним во всех спорах.

Мой дед с сыновьями сопровождал экспедиции Долгорукого с русской армией против крымских ханов, принимал участие в польской компании Суворова. После ногайцев он более всех людей ненавидел поляков. Это было распространено среди казаков из-за притеснения их со стороны польской знати.

Говорят, что Василий Егоров впервые сражался под Прагой пешим. Пушечное ядро убило под ним лошадь и он, схватив копье, бросился с пехотой первым на вражеские батареи. При осаде Бахчисарая, которая положила конец кровавым набегам татар, мой дед показал кровожадность, что в общем было чуждо его характеру. Он привел свое войско в горящий дворец ханов, где его обитатели отчаянно дрались за каждую комнату. Наши казаки, поражая татар копьями, добрались до гарема. Напрасно дети и жены Сахеба Джерая молили о пощаде, дед убивал их без жалости. Возможно, убийство его братьев было еще свежо в его памяти и дед решил еще раз отомстить за него в резиденции ханов.


Экскурсия современных донских казаков во дворец крымского хана

Мне не удалось найти свидетельств об описанном здесь захвате бахчисарайского дворца. Тем более, что Сахиб Гирей правил Крымом в 16 веке. Что-то Мориц перепутал...

Дед не участвовал в походах в Италии и Германии против французов. Это было оправдано его почтенным возрастом, хотя и тогда он не имел себе равных в седле и битве. Но когда Наполеон объявил войну России и привел свои полчища к сердцу нашей империи, когда наш возлюбленный царь Александр призвал всех людей к оружию для защиты веры и Отечества, ветеран заявил, что присоединится к войску со своими внуками. Перед нашим отъездом он говорил мало, лишь бормотал, поглаживая бороду "черт" и "Бонапарт". Моя мать была назначена охранять дом во время нашего отсутствия, особенно было поручено ей наблюдать за святыней и поправлять лампаду, ибо Василий верил, что если лампада погаснет, то кто-то из членов семьи умрет.

Старика сопровождали тринадцать сыновей и полсотни внуков. Мы присоединились в армии Кутузова до битвы на Бородине. Это была уже моя третья кампания. Я имел звание лейтенанта, но со стороны своего деда воевал как простой казак. Поскольку Василий не умел ни читать, ни писать, ему полагалось быть подначальным. Но Платов дал ему командование всем эскадроном, которым формально командовал один из моих дядей.

Было бы очень долго рассказывать обо всём, что произошло на нашем марше от Москвы до Рейна. Среди неописуемых типов, последовавших за призывом царя из самых удалённых уголков империи, едва ли нашелся бы подобный Степному Черту. Хотя в нашей армии было довольно много живописных и даже сказочных персонажей. Некоторые из них были настоящими кентаврами степи, так как всю жизнь провели в седле. Самыми странными были уральские казаки, мало чем отличавшиеся от уральских медведей. Многие из этих войск остались в тылу, так как царь боялся показать их Европе.

Василий Егоров, хотя и был девяностолетним, проявлял мужество и выносливость молодого человека в поле. Его не ослабляли ни снег, ни холод, ни лишения. Никто не был так осторожен и бдителен. Его басовитый голос всегда был нашим трубным звуком на биваках. Его громкое "ура" было нашим сигналом к битве. Нам не нужны были сигналы горнов и барабанов, так как его голос перекрывал любой духовой инструмент. Дед редко говорил, но был рад слушать наши рассказы ночью, после утомительного дня. Особенно он был доволен, когда мы приносили добычу или деньги. Если кто-то из нас приносил значительную сумму, он вынимал трубку изо рта и говорил "choroscho!". Это само по себе было наградой для нас и мы готовы были положить жизнь, чтобы получить такую похвалу.

Сначала пленных не брали, но когда наш император Александр посулил золотой слиток за каждого живого француза, наш командир запретил резню. Его быстрый взгляд и остроумие удивили нас при отступлении французов. Старик был внушительной фигурой, когда нёсся по снегу с копьём за спиной. У него было предчувствие добычи и победы. Он ни разу не был ранен. Однажды, с близкого расстояния в него выстрелил французский гренадёр. Мы пролетели на помощь деду и обнаружили, что ядро ударило в ножны. После ранения ногайским скиметром старый Василий казался непробиваемым.
Когда мы дошли до берегов Рейна, ветеран почувствовал тоску по отеческим степям. Ему не нравились красоты Запада, поскольку Василий был старым казаком, в глазах которого Дон был прекраснейшим из рек, а степи были привлекательней плодородных полей.

Эта любовь к казачей жизни уже не так сильна в моем поколении. Мы привыкли подолгу отсутствовать в доме, многие из нас даже привыкли к роскоши Германии и Франции. Многие из тех, кто получили образование в Петербурге, дошли до того, что называли степняков варварами.

Учитывая почтенный возраст, Степному Черту было приказано возвращаться домой в сопровождении двух старших сыновей. Остальные Егоровы остались с армией во Франции. Шесть сыновей Василия и пятнадцать внуков никогда не увидели донскую землю, став жертвами войны и тифа. Я вернулся с двумя крестами и раненой ногой, после чего провел пять лет в Петербурге, где в молодости получал образование.

После восьмилетнего отсутствия я вернулся домой. Моя мать и многие близкие были уже мертвы, но дедушка продолжал также пускать табачный дым в небо и сохранять мрачное молчание, как в дни моего детства. Та же тайна окружала святую икону, так же он скакал вокруг могилы в штормовую погоду. Часто у нас возникал вопрос, что стало с его деньгами, ведь (на войне) он собрал большую сумму. Мы естественно предполагали, что он где-то их спрятал.
Пришел день, когда дед собрал всех Егоровых на крещение правнука. Это был ветреный декабрьский день. Когда священник взял ребенка, чтобы окропить его водой, старик с ужасом вскрикнул. Его глаза смотрели на святую икону. Лампада перед ней погасла. Мы были напуганы, особенно священник, который даже уронил младенца в купель. Пока одни успокаивали детей, мы бросились к деду, который лежал на полу. Его старая рана стала красной. Вскоре он пришел в себя и начал напевать какую-то старинную песню вроде той, что он пел, скача вокруг могилы. Его голос становился все слабее. Стало ясно, что у деда началась агония.

Все вышли из комнаты и я со старшими родственниками остался возле умирающего. Мы открыли по обычаю все окна, чтобы дух деда вышел. Метель яростно бушевала, весь дом трясся, когда дед стал холодным трупом. Вдруг икона вместе с завесой рухнула на пол. Вероятно, крушение было вызвано ветром, но совпадение нас поразило. Мы подняли киот и по его весу определили, что в нем что-то спрятано. Вскоре мы обнаружили в нем скрытую емкость, которая содержала много монет. Все они были разделены между потомками Василия. В той самой могиле, после похорон, мы также обнаружили большое количество серебра. Теперь объяснились все таинственные обряды деда.

У всех пастухов наших земель до сих пор существует поверье, что дед показывается на коне возле этой могилы. Один из моих племянников утверждал с клятвами, что видел Степного Черта, носящегося галопом вокруг холма. Старик выглядел так же, как в жизни, только перья на его шапке стали выше и напоминали гребень орла. Я не могу точно сказать, действительно ли племянник видел деда или ему это мечталось, но никто из нас не сомневается в этом. Когда небеса темнеют от бури от туч, собирающихся над Доном, а молнии обжигают небо, то донские казаки замолкают. Они верят, что в это время мой призрачный предок скачет, как и раньше, вокруг могильных насыпей.


Богоматерь Донская
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: Benja70, ToyFun, serg141-9, Владимир*, Алексей С., Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 27 нояб 2017 18:11 #16

  • Шилов
  • Шилов аватар
  • Не в сети
  • Живу я здесь
  • Сообщений: 536
  • Спасибо получено: 80
  • Репутация: 10
Прикольные казачьи байки.
За горами гори, хмарою повиті,
Засіяні горем, кровію политі.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.

Мориц Вагнер "В земле казаков" 27 нояб 2017 21:55 #17

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Когда майор закончил свой рассказ, он сделал минутную паузу и залпом осушил два стакана. Затем, изменив тон, негодуя на нынешних казаков, продолжил:

"Мужские качества печально изменились в нас после того, как Ермак завоевал Камчатку. Наш гетман проживает теперь на Неве. Император любезно позволил нам назначить гетманом донских казаков Цесаревича, теперь у нас больше порядка. Но у каждого времени есть свои преимущества. Как дики и непримиримы мы были! Теперь у нас цивилизация, но старые и грубые времена имели свою прелесть. Человек тогда ценился не за чины и награды. У моего деда не было никакого чина, единственным его украшением был медный Георгиевский крест, в то время как я... - майор с некоторым самодовольством посмотрел на Крест Св. Анны на своей груди - имею приказ второго класса. Тем не менее, моему деду бессмертный Платов оказывал большее уважение, чем любому полковнику. Жаль, что нынешние юноши не имеют уважения к возрасту, а только лишь к чинам. Также они равнодушны к традициям и славе своих предков".

Последние слова относились к сыну майора, образцового молодого казака, который только что вошел. Рассказ отца был ему скучен. Он был красивым молодым офицером, имел изящную фигуру, ловко обтянутую в казачью форму, и с увлечением занимался закручиванием своих усов. За его движениями было приятно наблюдать. Юноша стал рассказывать, как Новочеркасск движется к погибели. Большие суммы денег были потеряны в игре, а французский кондитер открыл магазин настоящего шампанского в этом современном Содоме! Он поведал еще много воспоминаний о Санкт-Петербурге и объявил балетные постановки Тальони самой красивой вещью в мире.

Отец и сын начали говорить по-русски и я пожелал им хорошего вечера. Штатный офицер проводил меня до Фанагории. По дороге этот москвич стал более общительным и мы поговорили о рассказе казака.

"От старого Егорова до его правнука вы можете наблюдать три эпохи в истории казачества, три ступени развития этих замечательных кавалеров. Дед является представителем старого духа, сыном степей, которых Петр Великий начал обуздывать железной рукой. В то время это была трудная задача, а ныне вы видите, что Император, если что, может поразить их со скоростью молнии.

Майор - это тип переходного поколения. Он никогда бы не смог наслаждаться старым равенством и анархией степей. Он видел красоту и радости Западной Европы. Тем не менее он стоит одной ногой в прошлом и вздыхает о прежних временах.
Его сын - существо современное, вышедшее из школы курсантов со своими пороками, изящными манерами, пустым сердцем."

Я спросил москвича, можно ли верить истории майора? Он ответил: "Я поселился в Новочеркасске и пытался об этом разузнать. В большинстве случаев его рассказы фантастичны. Такие дикие звери, как его дед, возможно, и жили на берегах Дона в прошлом веке. Но теперь они все вымерли. Они не соответствуют требованиям военной дисциплины, все обитатели степей стали кроткими. Такой гигант, как Егоров, если и появился бы в нынешнее время, то не имел бы прежнего веса среди казаков. Любой казак мог бы его избить. Донские казаки теперь дисциплинированы и, после новых реформ Императора, стали действительно ценной военной силой. Десять лет назад эти реформы, как например, отмена бесполезных привилегий, вызвали некоторую ожесточенность. Но сейчас все перемены происходят без сопротивления и казаки осознают их пользу."

Разговаривая, мы добрались до крепости. Пожелав по-русски доброй ночи, я отправился разыскивать свою квартиру. Тем временем дождь прекратился, на небе замерцали звезды и я решил продолжить прогулку, поднявшись на высокую могилу. Я долго сидел на её вершине, размышляя об услышанном. Звезды слабо освещали несколько однообразный, но красивый пейзаж, расстилавшийся подо мной. На переднем плане можно было видеть сверкающий поток Таврического пролива с таинственными насыпями, ограждающими берег. Бескрайний мир степей, начинаясь у моих ног, тянулся на тысячи километров до ледяной бухты Св. Лаврентия.


Акрополь Фанагории (рисунок 19 в).

Какую пищу для размышлений имеет западный странник на грани азиатского мира! Таинственная завеса скрывает в этом мире как прошлое, так и будущее. Что стало с народами, жившими здесь в сказочных веках, таврами и скифами? Течет ли в жилах нынешних казаков кровь сарматов, меотов, синдов, керкетов, халифов, херсонитов и других рас, о которых мы ничего не знаем, кроме имен? Или же они скрывались в горах, формируя тип нынешних горцев, противостоящих когтям "Двухголового орла"? Заглянут ли когда-нибудь историки или этнографы в тьму прошлого? Казаки и кабардинцы смеются над пришельцами, вопрошающими об этом.

Но что же нас ждет в будущем? Так ли оно неясно, как прошлое? Можем ли мы увидеть его из настоящего? Может, сильная раса, которая держит территорию, откуда величайшие катастрофы веками посещали Европу, закончила свою миссию и цивилизации больше не грозят вихри с этих берегов? Я не называю себя пророком, но мне кажется, что эти удалые казаки теперь являются обученными слонами, которые способны приучить диких сородичей к служению своему господину.

Так мы видим, что воинственные орды сибирских степей уже подчиняются командам с берегов Невы! Все эти орды теперь стали новобранцами. Тысячи сержантов с Москвы и Дона обучают из маневрам, а палатки разбиты вплоть до китайской границы.

Более десяти лет их обучают ведению военных операций. Говорят, что до сих пор существуют живописные армии, заслуживающие внимания европейских туристов - "пузатые кентавры степей". Но пусть европейцы не беспокоятся. Возможно, все эти обучения нужны лишь для того, чтобы представить полчище этих прирученных зверей на параде в Санкт-Петербурге.

О! Как вдруг восточный ветер прокатил песок над могилой на запад! Мне показалось, что я увидел в слабом звездном свете могущественные полчища, которыми Азия вновь изливается на разжиревшие и ленивые страны Западной Европы! Я услышал дикие крики "дисциплинированных" монголов, с варварским духом выкрикивающих свою "Халлу!" Сыновья Чингисхана и Батыя вышли во главе миллионов степных чертей, чтобы уничтожить мир! Монгольские курганы открылись и духи предков радостно кричали своим сыновьям и внукам.... Я отвернулся от своего видения на могиле и, завернувшись в бурку, поспешил домой, в свою теплую комнату в доме аптекаря. Штормовой ветер уже не отзывался криками "халла!" и "ура". Казалось, это было лишь мимолётное предупреждение, которое приняло форму слов одного писателя - славянина, которое я прошу читателя прочитать дважды:

"Мы, славяне, обязаны предупредить наших западных братьев о предельном моменте. Человек Запада быстро забыл о Северной Европе и Азии, где истребляются целые нации. Пусть никто не думает, что эти народы перестали существовать. Они всё еще там, ожидают лишь сигнала сверху, чтобы покинуть свои степи и обрушиться на Европу. Пусть никто не думает, что дух Атиллы, Чингисхана, Тамерлана и Суворова - этих ужасных бедствий человечества - вымер. Эти земли и эти люди еще существуют и чтобы сохранить нашу цивилизацию, надо принять тот факт, что Западу еще не пора перековывать мечи на орала, а солдатские бараки превращать в благотворительные учреждения".

Суворов - "ужасное бедствие человечества"! Сильно сказано...
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: ToyFun, serg141-9, Алексей С., Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 28 нояб 2017 15:16 #18

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136


Подорожная грамота М.Ю. Лермонтова на Кавказе

Моё хрупкое жилище в Фанагории, казалось, рухнет под натиском верта в ночь на 9 марта. Однако, это было последним проявлением боры. После полуночи ветер утих и ясное морозное утро возвестило перемену погоды. Значит, Черное море скоро успокоится.

Улыбающееся лицо моего хозяина было предвестником хороших новостей. Из Керчи прибыло судно с каретой такой диковинной формы, что она непременно должна быть моей. Через две минуты меня порадовал и Стефан Ногелл, мой венгерский слуга, верный и дружелюбный мадьяр, сопровождавший меня на всех южнороссийских дорогах. С ним приехал мистер V-f, уроженец Нидерландов, служивший добровольцем в кавказской армии и просивший место в моей карете, которое я с радостью ему предоставил. Он много лет провел на Кавказе, хорошо знал страну и народы в горах и степях, был знаком с русским и татарским языком, и вообще был весьма веселым и полезным спутником.

Я расстался со своим хозяином, его глаза были единственными в стране казаков, которые прослезились при расставании. Когда я приехал в Тамань, меня задержали новые неприятности. Почтмейстер и его люди только снабдили меня лошадьми, но не доставили веревок. Сопровождавший меня русский утверждал, что все это халатность, что черноморские казаки - самые наглые негодяи в мире и это нельзя так оставлять. Он разразился угрозами, сопровождая их ударами по столу, чтобы привести почтмейстера к разуму, обвиняя его в неуважении иностранца, находящегося под имперской защитой. Почтмейстер выглядел испуганным, но, вероятно, веревок действительно не было.

К несчастью, мои друзья донской майор и штатный офицер покинули Тамань. Поэтому я отправил подполковника с циркулярным письмом министра Перовского к коменданту. В Крыму этот документ всегда обеспечивал уважение и послушание. Но здесь я обнаружил, что люди становились хорошими только при виде эполет и украшений (орденов). Комендант отнёсся к моим бумагам с равнодушием видя, что у меня нет никаких чинов. Но после он объявил это дело пустяком и выразил готовность покрыть расходы на веревки. Это обещание меня успокоило и я отправил слугу купить веревки на базаре.

Я упоминаю эту сцену, чтобы показать, как мои глаза открылись, встретив новые истины в стране казаков. Там не найти того рабского смирения, уважения и трепетного страха, который живет в солдатах, крепостных и всём низшем сословии перед начальниками Московии, особенно перед теми, кто связан с правительством Санкт-Петербурга. Сотрудник штаба сказал, что ныне казаки находятся под дисциплиной и в подчинении. Это верно в целом, их свободный, мужественный дух сломлен. Но всё же между ними и русскими солдатами существует большая разница.

Каждый путешественик по берегам Дона и Кубани должен понимать, что он находится среди людей, никогда не знавших крепостного права или воинской обязанности, что даже самые простые люди знают, что их родители были свободными, и защищали свою степь против польских королей, Осман Паши и ханов Золотой Орды. Они еще не забыли о своих привилегиях, которых были лишены всего около дюжины лет назад.

У русского работодателя был спор о цене лошади с казаком на почтовой станции на Кавказе. Казак вежливо, но твердо стоял на своем. "Что ты себе позволяешь, солдат?" - воскликнул торговец, на что его соперник ответил: "Я не солдат, я - казак!". Никакой деспотизм не имеет на Дону и Урале такой силы, как на берегах Невы, Москвы и Вислы. Причина этого очевидна. У южных всадников есть возможность побега, в то время как у других народов он отрезан. Черноморцы, если потребуется, могут сесть в свои лодки и довериться потокам Черного моря, или сбежать в Анатолию. Жители станиц на Тереке и Кубани, почувствовав угнетение, могут скрыться среди ногайцев и кабардинцев, или вовсе искать прибежища в горах, у своих злейших врагов - черкесов. Хотя судьба их была бы трудной, но это предпочтительнее для них, чем страшное положение призывника, обтянутого серой шинелью, обреченного всю жизнь носить мушкет и подчиняться ударам русского начальника.

"Какая страшная страна!" - воскликнул мой мадьяр после того, как мы проехали три станции и пейзаж стал голым и однообразным. Темно-синие пенящиеся волны Азова исчезли и ничего не осталось, кроме мутных вод Темрюкского лимана.

Бесконечная равнина простиралась на восток. Могилы и другие примечательные возвышенности становились всё реже и наконец единственными холмами стали кучки земли над норами степных сурков. Горная цепь Кавказа не была видна отсюда. Лишь несколько человек и стада встретили мы на черноморских равнинах. Никаких путешественников, кроме нас, не было видно. Западную и нижнюю части Кубани редко посещают даже русские. Все, кто не спешит в Екатеринодар, предпочитают более удобную дорогу через Новочеркасск и Ставрополь. Почти все армянские торговцы из Одессы следуют этим путём или берут пароход из Керчи до Редут-Кале. Ставропольский тракт также является маршрутом переброски военных из Санкт-Петербурга в Тифлис. А те, кто хочет избежать перехода через перевалы, поднимаются на борт пароходов в Керчи, откуда свободно попадают в Мингрелию.

Мы провели первую ночь в Темрюке, а вторую - в станице Копыльской. На третий день мы галопом мчались до Екатеринодара. Никто не путешествует в этих краях ночью из-за черкесов, которые могут подстерегать у дороги в зарослях камыша. Только к 9-ти часам утра, когда казаки осмотрели все заросли, примыкающие к постам, четыре свежих лошади были запряжены в карету и ямщик-казак так понесся по степи, как будто смерть гналась за ним по пятам. Каждый путешественник стремится к ночи добраться до какой-нибудь станции, где ему предоставляют бесплатный ночлег, диван, стол, стулья. Но кровати нет и комната всего лишь одна. Но занята она бывает редко из-за отсутствия комфорта и безопасности на дороге.

Если комната всё же бывает занята русскими высокого ранга (другие здесь встречаются редко), то они бывают общительны и любезны. Быстро находится комната и для приезжего, а кипящий самовар дышит ароматами китайской травы, столь популярной среди москвичей. Русские офицеры, кроме того, возят с собой целую кладовую продуктов - икру, мясо, фазанов и пунш. Иностранцев вежливо приглашают отведать угощение. Но если путешественник ночует на станциях один, то ему приходится несладко. Я был вынужден сесть на рисовую диету.

"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: serg141-9, Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 28 нояб 2017 20:42 #19

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Черноморские казаки похожи на кубанских казаков, так как обитают главным образом на этой реке (Кубани) и немногие живут у Эвксина из-за его болотистого берега. У черноморцев достаточно места, на двадцать квадратных миль живут около двадцать семей. Это один из самых странных регионов, которые я когда-либо видел. Нет ни холма, ни скалы, ни дерева, которые нарушили бы однообразную перспективу. Правда, у путешественника нет причин бояться пантер или гремучих змей. Однако жители этой степи , должно быть, далеки от благодарности Екатерине за то, что она одарила их подобной территорией.

Черномория плодотворная, но болотистая и отчаянно монотонная. Потоки, спускающиеся с гор Кавказа, становятся вялыми, достигая степей. Их мутные воды, бесящиеся среди порфировых валунов, гремящие среди горных высот в живописных ущельях меняют свой характер, попадая в широкое ложе степи. По берегам оседает грязь, где растут деревья и кустарники - единственная радующая глаз растительность.

От правобережья Кубани до Дона - одно огромное поле без леса или скал. Летом это большое пастбище, зимой - море снега. Прошлая зима была мягкой и в марте казачья земля уже покрылась цветами.
Черноморские казаки - прекрасные люди в полном смысле этого слова. Мало того, что они отличаются сильными и атлетическими формами, но черты их лиц очень выразительны. Это самое красивое славянское племя, которое я когда-либо видел.

Даже если они безбородые, их лица красивее, чем у линейных казаков, у которых нет определённого типа. Лучшие типы лиц напоминают у одних - черкесов, у других - турок и татар. Военные предписания не приветствуют ношение бороды, поэтому черноморцы с особой нежностью ухаживают за своими усами. Они вытягивают их так, что концы оказываются за щеками. Их расчёсывают и мажут воском с большой осторожностью. Мало кто может похвастаться такими красивыми усами, даже венгры уступают черноморцам в этом отношении.

В других отношениях эти две расы так похожи друг на друга, что мой молодой мадьяр был поражен сходством. Но казаки не имеют связей со своими соседями - закубанскими черкесами. Шапсуги, живущие на левом берегу, свободны и собраны в мелкие группы. Мощная энергия видна в их орлиных лицах с тонкими чертами, свойственными черкесскому типу.

С другой стороны, осанка черноморцев более спортивная, чем элегантная. Спокойное выражение царит в их красивых лицах, что резко контрастирует с воинственным огнём, вспыхивающим в глазах черкесских узденей. У казаков нет зимнего платья, они обёртываются в овчинные накидки, что придаёт им несколько гротескный облик. Даже с оружием, сопровождая конвой, они сохраняют свой громоздкий наряд, меняя его на синюю униформу только когда на Кубани появляется инспекционный генерал.

Девяносто вёрст от Тамани, между Темрюком и Копыльской впервые на южном горизонте появляется цепь Кавказских гор. Первое их появление не столь внушительно из-за большого расстояния, гигантские вершины Эльбруса, Казбека и Passenta еще не видны. Также невозможно еще различить особенности Кавказских гор: дикие овраги, остроконечные вершины и неровные очертания.

И далее на восток, между Копыльской и Екатеринодаром, далёкая цепь, завуалированная туманом, еще не принимает живописных форм. Горы здесь все одинаковой высоты, и только один пик, имеющий некоторое сходство с Tschatir Dagh в Крыму, поднимается значительно над другими.

Чем дальше мы продвигались в землю казаков, тем больше казалось, что Кавказ убегает от нас. Его снежные вершины полностью исчезли из вида после станицы Усть-Лабинской. Туман скрывал южное направление до нашего прибытия в Екатериноград на Тереке, где мы наконец получили в один прекрасный день колоссальную панораму Кавказского хребта, который, признаюсь, произвёл на меня неописуемо возвышенное впечатление.

Мы достигли Екатеринодара, столицы черноморских казаков, в запланированное время, 12 марта. Ямщик (водитель) последней станции, боясь нарваться на засаду черкесов в зарослях, гнал лошадей и карета наша летела со скоростью молнии. Я уже благодарил всех богов за то, что по степи не были разбросаны камни, как вдруг мы столкнулись с другим препятствием: карета застряла в грязи. Никакие побои и проклятия не смогли заставить лошадей вытащить её. И, хотя это было против воли сопровождающего казака, мы были вынуждены пойти пешком. Несмотря на то, что наш ямщик клялся, что выходил из ситуаций похуже и резко взмахивал хлыстом, мы поняли, что это безнадёжное дело - проклятие "огней Сперанса" - и мы всё-таки отправились в город пешком. Оставленный багаж должен был быть доставлен вслед за нами на спинах слуг.

Безпристрастно оценивая казачью столицу, сравнивая её со множеством городов, куда приводили меня мои дороги, я с готовностью признаю, что никто не может оспаривать у Екатеринодара право быть первой в мире мусоркой. "Не беспокойтесь, мой друг! - сказал мне мой спутник-голландец, - сейчас сухая погода и грязи совсем немного. Но вам стоит дождаться сырой зимы, чтобы увидеть, какой серьёзный барьер представляет собой она для нападения черкесов! Нам еще повезло, что застряла только карета. Тут по нескольку дней увязали и всадники вместе с лошадьми."

Утешившись этими словами, я вошел в казачий город. Я часто встречал описания казачьих городов, но они не давали полного представления. Нужно видеть их собственными глазами чтобы понять, каковы они. Степные города не имеют аналогов на западе. Человек, смотрящий на степной город с воздушного шара, не заметит ничего неблагоприятного. Все дома маленькие, построены из навоза и земли, некоторые из дерева, крыши соломенные у всех, кроме резиденции гетмана. Улицы прямые, широкие, а дома выглядят как шеренги солдат. В городе много фруктовых садов, тщательно ухоженных и радующих взгляд после голых степей.

Но пусть путешественник приблизится - и тут же будет разочарован. Полевая грязь преобладает повсюду. Черные свиньи валяются в ней и их хрюканье слышно от рассвета до заката. Жители разводят свиней ради великолепного бекона. Никакие стены или валы не окружают город, который, как заметил мой друг, превосходно защищен грязевыми морями. В городе есть крепость, куда жители могут спрятаться, хотя это очень слабое место. Это дает странное представление о черкесской доблести: почему-то они никогда не пытались штурмовать Екатеринодар, крепость которого защищена только низкой стеной и канавой, которую мог бы перескочить более-менее опытный всадник.

Но всё дело в том, что горские племена Кавказа страшны только на собственной земле. Настоящий горец никогда не станет завоевателем мира. Орды Атиллы, Чингисхана и Тамерлана были жителями степей и равнин, а сарацины и персидские войска Омара и Надира вышли из пустынь. Потери, несомые русскими на Кавказе, происходят из-за попыток проникнуть в леса и дефилировать в горах.

Генерал N, человек совсем не блестящих талантов, командовал в Екатеринодаре в отсутствие генерал-лейтенанта Завадовского, который был тогда атаманом донских казаков. Этот достойный человек сообщил мне, что я был крайне неосторожен, путешествуя без сопровождения, так как три тысячи черкесов в последнее время проплывали через Кубань между Темрюком и Екатеринодаром, и что он издал приказ обследовать все заросли в дневном переходе вдоль дороги. Но хитрые черкесы часто избегают обнаружения и даже с конвоем путешествовать небезопасно.

Все эти объяснения, исходящие от человека, заинтересованного в том, чтобы я получил наиболее благоприятное впечатление о его стране, произвели на меня некоторое впечатление. Я решил остаться в Екатеринодаре на несколько дней, чтобы получить о нём верное представление. Тем более, дул холодный мартовский ветер и мне не хотелось быть утащенным в горы и замерзнуть там, став черкесским рабом.

Мистер V-f занялся обсуждением фазанов и других деликатесов со своими казачьими друзьями, а я посетил небольшой форт и странный казачий собор. Это здание состояло из шести высоких и гротескных деревянных столбов. Два чудовищных колокола звонили на вечернее богослужение. Это был странный, грубый звук, которого я не слышал больше нигде. Я никогда не видел более безвкусное религиозное сооружение, чем это. Алтарь в соборе сверкал золотыми и серебряными украшениями и ликами святых, но при этом стены были грязные. Руки и ноги святых были окованы серебром, а лики смешно искажены. Черноморские казаки показались мне менее знакомыми с изобразительным искусством, чем арабы Константина.

Мой друг, английский путешественник Лонгворд, спросил меня по возвращении в Константинополь о сокровищах Екатеринодарского собора. Многие европейцы, читавшие путешествия Клапорта, воображают, что этот регион более богат золотом и драгоценными камнями, чем другие провинции России. Это ошибка. Немногие из черноморских казаков сопровождали российские войска в прибыльных кампаниях. Большая часть добычи из Польши, Италии, а также немецкие дукаты, которые носят казачьи девочки в качестве ожерелий, были унесены донцами и другими северными племенами. Кубанские и терские казаки, как защитники империи с юга, никогда не удалялись от своих границ. В их обязанности входили, в основном, схватки с черкесами. Роскошь Екатеринодарского собора говорит скорей об их преданности, чем о богатстве.
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: serg141-9, Алексей С., Семеныч

Мориц Вагнер "В земле казаков" 29 нояб 2017 08:38 #20

  • Марта
  • Марта аватар
  • Не в сети
  • Модератор
  • Сообщений: 3323
  • Спасибо получено: 1144
  • Репутация: 136
Население Екатеринодара составляет пять тысяч душ, включая гарнизон. Если последует сигнал от аванпостов, то весь гарнизон уходит в степь, часто на несколько верст от города. Небольшой отряд пехоты - вся остающаяся защита города. Я уже говорил, странно, что черкесы до сих пор не взяли город. Г-н Лонгворт, который жил среди шапсугов и хорошо знал этих людей, справедлив в своем мнении, что нельзя измерять воискую доблесть этих племен по европейскому стандарту. Привыкшие к кустам, хитрым вторжениям, они не приспособлены к крупным, заранее планируемым экспедициям.

Невосприимчивые к дисциплине, они не могут извлечь выгоду из личной храбрости посредством порядка, взаимодействия пехоты и кавалерии, тактическими приёмами и концентрацией в данной точке. Я часто обсуждал этот вопрос с г-ном Лонгвортом и мы оба пришли к выводу, что от наступательной войны против русских, во всяком случае на Западном Кавказе, не стоит ждать больших результатов. Лучшей политикой черкесов было бы экономить силы для обороны. На собственной земле они долго будут представлять серьезную силу и пройдут долгие годы прежде, чем московиты смогут иметь над ними решительное преимущество.

Полувековой опыт русских на Кавказе позволяет утверждать, что два века должны пройти до того, как горцы будут окончательно покорены. Внимательный наблюдатель истории не будет уверен в том, что русское правительство будет столь же настойчиво в течение этого времени, как сейчас.
"Факты не должны мешать нам"
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на форуме для участия в обсуждениях.
Спасибо сказали: Benja70, serg141-9, Алексей С., Семеныч
  • Страница:
  • 1
  • 2