Четверг, 15 октября 2015 20:27

Новотроицкое укрепление. Материалы.

Автор
Оцените материал
(2 голосов)

Все, кто следил за форумом ТП со дня его основания, могли видеть развивающуюся тему о Новотроицком укреплении, в начале 19 века находившимся в устье реки Пшада. Нашим стремлением было найти точное место, чтобы увидеть, насколько оно было стерто с лица земли.

 

Исследования этого вопроса начались еще в нашу бытность на форуме "Исследователи", где до сих пор висит тема в десять страниц с накопленным полезным материалом, но, к сожалению, исчезнувшими фотографиями. И вот, спустя два года, когда поиски уже замерли на неопределенной ноте, к нам обратилась жительница Криницы Радевич Людмила Ивановна, отец которой был первым директором пионерского лагеря "Кубань". Она-то и подтвердила уже прозвучавшую когда-то догадку, что пионерский лагерь, существующий и сегодня под другим названием, "Криница" находился как раз на территории бывшего укрепления. В качестве доказательства она привела воспоминания своего отца о строительстве лагеря и находках, сделанных при разравнивании валов укрепления. Эти скромные сведения были опубликованы в небольшой книжке, более похожей на рекламный буклет, вышедшей к 50-тилетию лагеря "Кубань". Здесь я хочу привести две статьи из этой книжки, чтобы эта часть нашей истории не затерялась на полках библиотек и не исчезла, будучи списанной в макулатуру.

Стиль неизвестного автора и пунктуация неизвестного редактора сохранены.

Мортира, найденная при строительстве пионерского лагеря "Кубань".

 

Пионерский лагерь "Кубань"

(1961 - 2011гг)

Ранней весной 1961 года в лесных зарослях у самого изгиба реки Пшада, где несет она свои талые воды в море, остановилось несколько легковых машин: вышли еще молодые, энергичные люди, задумавшие найти идеальное место для постройки детского лагеря отдыха. Совместным решением руководителя крайкома пищевой промышленности Тутунова В.И., директором совхоза Михайловский Перевал Вишневским В.П. и первым директором пионерского лагеря Буялова Ивана Сергеевича было решено: здесь, у излучины реки Пшада, под кронами вековых деревьев, на месте старинного Новотроицкого укрепления, построить пионерский лагерь. За работу взялись немедленно. Полтора месяца затратили на подготовку лагеря к приему детей. За это время бульдозеры сравняли крепостной ров и вал, расчистили заросли, построили шесть дощатых корпусов, хозяйственные постройки, пищеблок, сделали просторную столовую, медпункт, административный корпус, спортивные поля. Из условий - туалет и умывальники на улице. Каждый сезон пионерский лагерь принимал от 300 до 700 детей. В первый год своего существования пионерский лагерь был назван "Михайловский Перевал". А в летний период 1962 года путем общего голосования всех детей и сотрудников пионерский лагерь получил название "Кубань".

      В течении всех лет пионерский лагерь достраивался, улучшал свои бытовые условия, улучшался ландшафт. Появились в большом количестве зеленые насаждения, а от розария исходил великолепный аромат. Все дети получали уроки истории, которые регулярно проводил историк по профессии и призванию, первый директор пионерского лагеря "Кубань" Буялов Иван Сергеевич. Как ветеран Великой Отечественной войны он захватывающе рассказывал истории военных лет. А история родного края вызывала неописуемый восторг и интерес у детей. Они узнавали в каком месте находится пионерский лагерь, что здесь было 150 лет назад, какие исторические события происходили в этих местах. Был создан исторический музей, куда собирались все сведения об истории села Криница и о Новотроицком укреплении, построенном на этом месте в начале 19 века. Прибывшие дети узнавали, что при закладке зданий на месте земляного вала были отрыты большие чугунные пушки, мортиры времен первой Отечественной войны, ядра, кирпичи и другие предметы быта. Одна из пушек долгие годы стояла на валу пионерского лагеря. Работники лагеря ежегодно готовились к летнему оздоровительному сезону, ремонтировали здания, благоустраивали территорию, а в дни праздников собирались в лагере все. Особо отмечался каждый год "День памяти" - 22 июня. В 1968 году 22 июня был открыт памятник погибшим на поле брани и умершим от ран после Великой Отечественной войны криничанам. На открытие приехали делегации из Краснодара, Ленинграда, Геленджика, Пшады, снимали открытие журналисты Краснодарского телевидения. Был дан салют пограничниками в честь погибших на поле брани, организован выезд в море на катерах и лодках с возложением венков и выбросом бутылок с письмом потомкам о мире без войн. Каждый год в этот день приглашались родственники и ветераны, живущие в Кринице, Береговом и Пшаде. Ныне можно встретить убеленных сединой людей, в детстве отдыхавших в пионерлагере "Кубань".

Карта Генштаба 80-х, устье реки Пшада

Героическое прошлое.

 Возведение Черноморской береговой линии было обусловлено, с одной стороны, вмешательством Англии и Турции в кавказские дела Российской империи, с другой - желанием императора Николая I ускорить покорение Черкессии и Северо-Кавказского имамата.
Черноморская береговая линия - ряд укреплений, крепостей и фортов по восточному берегу Черного моря между Анапой и турецкой границей, имевших целью отрезать черкесам возможность получать из-за границы продовольствие и военные припасы.

Вмешательство иностранцев в кавказские дела Российской империи на территории Черкессии началось сейчас же после заключения Андрианопольского мира 1829 года. Огромное влияние, которое Россия приобрела в Турции в 1830-х годах, озабочивало западные державы, в особенности Англию. Отсюда тайные происки, возбуждающие горцев Кавказа к упорной борьбе. Почин в этом деле взяла на себя Англия; ее орудиями были горцы, бежавшие в Константинополь из страха наказания за грабежи и разбои в пределах Российской империи или ездившие туда по своим торговым или семейным делам. Горцам внушали, что Турция никогда не отказывалась от своих прав на их родину (горцы, впрочем, не признавали ничьих прав на себя, как видно из ответа, данного одним убыхским старшиной русскому генералу, который требовал от него и его племени подчинения во имя уступки Турцией русским горских земель: " вот птичка на дереве, генерал! Я дарю тебе ее, возьми!") Затем стали учить горцев, как нужно бороться с русскими, соединяясь в большие союзы, при этом им обещалась помощь Англии, Турции или египетского хедива и производилась даровая раздача оружия и военных припасов. Среди прибрежных черкесских племен стали появляться англичане, потом поляки, которые выдавали себя перед простодушными дикарями за уполномоченных и посланников.


  Это вмешательство иностранных держав усилило стремление России поскорее окончить бесконечную войну с кавказскими горцами. О средствах достижения этой цели неоднократно были запрашиваемы авторитетные генералы, свои и иностранные. В записке, представленной в 1833г генерал-лейтенант А.А. Вельяминов говорит следующее: "опыт показал, что военные суда наши, крейсирующие около восточных берегов Черного моря, не в состоянии уследить и изловить турецкие суда, подвозящие горцам жизненные и военные припасы, а от них получающие пленных и рабов, которых продают в Константинополе и на других рынках Турции. Турецкие лодки очень малы, легко прячутся в устьяхъ рек, впадающих в море, где их не может настичь большое судно. Лучшее средство не допустить турецких купцов до торговли с черкесами - постройка небольших крепостей во всех местах, где пристают турецкие суда. Отрезать же горцев от сношений с турками важно потому, что если от Кубани мы будем делать набеги на земли черкесов и истреблять ежегодно все их хлебные запасы, вытаптывать их поля и оттеснять их всё дальше в горы, где у них мало пастбищ, то, не имея подвоза хлеба с моря, они изнемогут в несколько лет и подчинятся нам. Отнятые плоские места следует заселить русскими станицами и деревнями, а в горах занять важные в стратегическом отношении пункты. Построить много крепостей на черноморском берегу невозможно в один год, а потому пусть вдоль берега энергично крейсируют наши суда, а по самому берегу между Анапой и Гаграми двигается отряд наблюдения за высадками турок". Под влиянием этих соображений император Николай I приказал построить ряд фортов и крепостей по западному берегу Кавказа в удобных, по местным соображениям, пунктах, рассрочив эту постройку на несколько лет.


  На черноморском берегу издавна существовал целый ряд древних поселений, которые принадлежали туркам и были ими укреплены, а теперь, по миру в Андрианополе, достались Российской империи. В 1834 г генерал-лейтенант Вельяминов заложил Абинское укрепление и дошел до Геленджика. На юге черноморского берега в этом же году были заложены многие укрепления от Адлера (Ардилера) до укрепления Александрия, возле теперешнего Новороссийска. Дорога вдоль берега часто прерывалась скалами, прокладка ее требовала страшных усилий, денег и времени, а отчаянное сопротивление горцев, при крайне благоприятных для них условиях местности, вырывало из рядов подданных Российской империи массу народа.


  Было решено основывать укрепления, высаживая десант прямо к месту постройки; только ближайшие к Геленджику укрепления были построены отрядом генерал-лейтенанта Вельяминова, подошедшим сухим путем. В это время из Геленджика двинулся генерал-лейтенант Вельяминов через перевал Вардовие по ужасающей дороге, при непрерывном бое с горцами, к устью реки Пшада, отправив туда артиллерию и тяжести морем. 6 июня 1837 года было заложено Новотроицкое укрепление, 29 июня - Михайловские укрепление (Архипо-Осиповка). В одном из донесений министру главнокомандующий русскими войсками генерал Раевский докладывал, что смертность в Ново-Троицком укреплении составила более 170 человек в год при составе гарнизона в укреплении до 200 человек. Гарнизон нес потери от болезней: оспы, малярии, чумы - свирепствовавших тогда на Кавказе и особенно от частых стычек с горцами. Для спасения своих людей командующий укреплением основал село Береговое в трех километрах от морского берега и велел строить жилые постройки. За что и был впоследствии разжалован.


  Горцы не могли свыкнуться с появлением укреплений Российской империи на их земле. По недостатку времени и по ошибочному расчету укрепления эти, как и в Дагестане, не получили прочных и сильных профилей и не имели достаточных гарнизонов, которые к тому же страшно ослаблялись необыкновенной болезненностью и смертностью. Скоро оказалось, что все труды России на черноморском берегу пропали даром: не солдаты грозили горцам, а горцы держали все форты в постоянной блокаде. Непрочная постройка укреплений, вместе с проливными дождями, через год-два совершенно разрушили большую часть верков черноморских укреплений. Во всех укреплениях береговой линии вместо 25980 человек, которые составляли бы минимум нужного числа, было налицо только 2776 человек. В начале 1840г в горах разразился страшный голод, вследствие чего у горцев появилась мысль напасть на наши укрепления, где можно было добыть много всякого провианта. 7 февраля 1840г 1500 горцев напали на форт Лазарева и, несмотря на отчаянное мужество 78 человек гарнизона, взяли его, истребив всех защитников; 29 февраля та же участь постигла Вельяминоское укрепление на реке Туапсе. 23 марта несколько тысяч горцев окружили Михайловские укрепление, где начальником был штабс-капитан Лико, человек с непреклонной волей: он решил взорвать укрепление; исполнить это взялся рядовой Тенгинского полка Архип Осипов. Всех защитников укрепления было около 250 человек, остальные лежали в лазарете или ослабели от болезни. Около 11000 шапсугов и абадзехов из долин рек Фарса и Курджипса бросились на приступ, неся лестницы; отбитые, они оправились и вновь отчаянно полезли на укрепление; гарнизон был изрублен, но когда горцы толпой бросились к пороховому погребу и стали ломиться туда, Архип Осипов взорвал погреб и погиб вместе с 3000 черкесами.


  Император Николай I приказал восстановить форты и снабдить их всем необходимым. Вся Черноморская береговая линия после того была разделена на 3 отделения: первое , от Кубани до Геленджика, состояло из станицы Николаевской, форта Раевского, крепостей Анапы, Джемитея, станиц Витязевой, Новороссийска и укрепления Кабардинского; второе, от Геленджика до Навагинского - из Геленджика, Новотроицкого, укрепления Тенгинского, фортов Лазаревского и Вельяминовского, третье, от укрепления Навагинского к югу до укрепления Илори - из укрепления Навагинского, Головинского, Св. Духа, Гагр, Бомбор, Пицунды, Сухум-Кале, форта Марамбо, Дранд и Илори. Ввиду тяжелой службы в укреплениях Черноморской береговой линии, император Николай I приказал убавить служащим и служившим солдатам год службы, а офицерам год к выслуге св. Георгия за 25 лет. После этого крупных перемен в количестве фортов не было; только в разделении Черноморской береговой линии в 1843 г. была произведена перемена продлением этой линии до турецкой границы и включением в неё Редут-Кале, Поти и форта Св. Николая, с образованием из них четвертого отделения. В таком виде Черноморская береговая линия оставалась до оставления фортов Российской империи в 1854г.


  Положение гарнизонов в этих береговых укреплениях было крайне тяжелое: сношения их между собой сухим путем были немыслимы вследствие отсутствия дороги воинственности населения, которое даже значительные отряды Российской империи пропускало по берегу только при условии превосходных сил и непрерывных схваток, небольшие же части войск безусловно были бы перебиты, если бы вздумали двинуться берегом. Сношения фортов морем возможны были не всегда, так как зимой Черное море очень бурно; летом сношения поддерживались крейсерами и азовскими лодками, которые должны были стеречь контрабандные суда турок и не допускать их до высадки, ловить их и истреблять на суше, если они успели втянуться на берег. Но крейсера и др. суда военного флота посещали укрепления только изредка, а азовских лодок было мало, да притом они имели специальное назначение, не представляя особого интереса для заключенных в фортах сидельцев. Впрочем, приход азовцев был все-таки проявлением жизни. Когда оканчивалась навигация, наступали длинные, темные ночи, проливные ждожди, страшные бури на море, когда появлялось сознание полной отрезанности от всего мира, тогда невообразимая тоска охватывала молодых солдат, а старые отдавались беспробудному пьянству. В фортах не было даже настоящих церквей и полного причта.


  Блокирование большой крепости сопряжено было с огромными затруднениями, блокировать же такую крепость, как Кавказский хребет, на протяжении 400-600 верст, и с таким воинственным гарнизоном, как кавказские горцы, было предприятием почти невозможным, особенно без энергичного движения с севера, какое предлагал генерал-лейтенант Вельяминов. Оставалось множество второстепенных долин, по которым путь к морю был свободен. Положение береговых укреплений Российской империи было опасно даже при условии господства на море; когда же в 1854 году иностранный флот появился на Черном море, их существование сделалось немыслимым. Уже в 1849 г среди черкесов северного склона гор появился агент Шамиля Моххамед-Амин и вскоре подчинил своему влиянию натухайцев и убыхов: это сказалось в чрезвычайном движении горских шаек, не дававших покоя всей кордонной линии, а так же отчасти и береговой; когда же в 1853г отношения Российской империи с Турцией стали портиться и дело дошло до войны, то под влиянием Моххамед-Амина был сделан ряд приступов к фортам: в 1853г 19 июля, горцы появились у Геленджика, 23 и 27 июля нападали на Тенгинское укрепление, 26 июля на Гостагаевское, но безуспешно.


  Моххамед-Амин объявил тогда горцам, что как только английские и др. западноевропейские суда появятся на Черном море, горцы, в числе 30 тысяч, должны напасть на укрепления с суши. Турция употребляла все усилия, чтобы поднять горцев всего Кавказа против Российской империи и уговорить их действовать единодушно. Положение фортов между двух огней, с суши и с моря, было отчаянное: помимо невозможности выдержать атаку с суши и моря, гарнизоны должны были погибнуть с голоду, как только истощатся раньше запасенные припасы, потому что флот Российской империи был заперт, а потом и потоплен в Севастополе.


  Вскоре последовало и общее распоряжение, и в течение 24 часов 4-5 марта 1854г были сняты Новотроицкое, Тенгинское, Вельяминовское, Лазаревское, Головинское, и Навагинское укрепления, охранявшие линию побережья на протяжении ста морских миль. Гарнизоны их вместе с женщинами, детьми и вольнопромышленниками эвакуировались в Геленджик и Новороссийск.
Оставление русскими войсками названных укреплений проведено было весьма своевременно и не позволило англо-французскому командованию одержать легкую победу над этими слабыми фортами с их немногочисленными гарнизонами.


  1863-1864гг - возвращение войск в Новотроицкое укрепление.
  "Долгие десять лет неустанной борьбы с набегами туземцев, которые нуждались в продовольствии и возможности расширения захваченных территорий наконец-то начали приносить успехи. Убыхи, собиравшие так легко значительные партии из абадзех, в 1862г для нападений на наши передовые поселения, в 1863 уже лишились своего влияния на туземцев северного склона и начали думать о собственной обороне; еще с конца 1862 г. более благоразумные старшины этого народа заискивали нашего внимания, что служило самым верным доказательством упадка сил и нравственного духа неприятеля.


  Предприятия, исполненные в Кубанской области с 1 июля 1862 г. по 1 июля 1863г сделали наше положение в крае более прочным, чем когда-либо в прежнее время. 7 и 8 октября была произведена рекогносцировка от Мезиба к Пшаде, а 10-го числа, по окончании Мезибского поста, отряд перешел до р. Жане, где занимался два дня разработкой дороги через перевал Вардовие, 13-го передвинулся на р.Тхабы, а 14-го занял Пшаду. Пользуясь таким быстрым успехом в видах удаления окрестного неприятеля, 14 и 15-го чисел отдельными колоннами уничтожились аулы по пути колонн вверх по Пшаде и далее через возвышенность Самочупас в ущельях р.Текос, Чуэпсин и Вулан. С 17 по 24 октября войска занимались устройством поста при устье р. Пшады, укрепленного лагеря в 4-х верстах от морского берега и дорожными работами назад на Пшаду.
После возвращения в пшадский лагерь, Адагумский отряд продолжал с 5 ноября разработку дороги через перевал Вардовие и устраивал там пост" (отчет графа Евдокимова о военных действиях в Кубанской области, 1863-64гг). Так продолжилась история Черноморской береговой линии. Основанные поселения пережили уже почти 200 лет и существуют сегодня, превратившись в прекрасные курортные поселки и города. Очень изменился климат, дороги, люди, но мы должны помнить историю своего края.
  Сегодня следы Новотроицкого укрепления еще имеются в районе впадения в море р. Пшада, на правом берегу, на территории детского лагеря "Криница". Там осталась часть вала и рва, которые сегодня плохо видно. 50 лет назад при раскопках и строительстве детского пионерского лагеря были отрыты большие чугунные пушки времен первой Отечественной войны 1812г, ядра, кирпичи и другие предметы быта. Три пушки были отправлены в Геленджикский исторический музей, а одна мортира была украдена и позже обнаружена на территории погранзаставы в Архипо-Осиповке. А оставшаяся мортира была установлена на валу в пионерском лагере, перед нею были выложены ядра - это было удивительное наслаждение мальчишек и девчонок, залезть на пушку и погладить эти удивительные ядра, испытывая наслаждение от прикосновения с давним прошлым России.

 Новотроицкое укрепление было названо в честь праздника Св. Троицы. Это укрепление в ряду других укреплений: Михайловского, Геленджикского, Кабардинского, Цемесского - было построено в начале позапрошлого века, в период покорения Россией Кавказа. В этих укреплениях нес службу Тенгинский полк, к которому был приписан молодой поэт, офицер Михаил Юрьевич Лермонтов.

 


Литература: "Высадка в 1857г на черкесский берег польско-английского десанта" Кавказский сборник, Тифлис, 1887, т. 11. Кавказский сборник т 1 - 21, Военный сборник 1872 №8, Н.Ф. Дубровин "Кавказская война в царствование Николая 1 и Александра 2 (СПб, 1896, из "Обзора войн России" Леера), "Воспоминания кавказского офицера" (Русский вестник 1864 №№9,10,11,12) Воспоминания о Кавказе 1837, т 80,1) С.Сафонов, "Поездка к восточным берегам Черного моря" А.П. Берже, "Защита Михайловского укрепления" (Русская старина, 1877,7,19) С. Новоселов, "Кавказец" (1858, вып. 23 и 25) М.В. Покровский "Из истории адыгов в конце 18- первой половие 19 вв", "Организация обороны Северного Кавказа к началу Крымской войны".

 


Долина Пшада с бывшими аулами на Карте Черкессии и Русских территорий Северной Кубани, 1855г, Военный комитет, Великобритания.

Карта 1847г (?)

 

Изображение с кодом 6020144

 Изображение с кодом 7094551

План Новотроицкого укрепления (Геленджикский музей)

Наша тема на форуме, где можно почитать другие материалы по этому вопросу.

 

Прочитано 1181 раз Последнее изменение Суббота, 19 марта 2016 01:28